ГУМАНИТАРНАЯ РЕФОРМА ПО-ДНЕПРОВСКИ

Днепр – безусловный лидер по самым безумным реформаторским экспериментам. Наиболее яркий образчик — затеянная городской мэрией реформа 22 школ эстетического воспитания

Вадим КЛИМЕНТЬЕВ

(Ныне время условного политического затишья. Так что есть возможность лучше осмыслить дела не столь давно минувших дней, проанализировать ошибки, чтобы дальнейший путь наш в прекрасное далёко был не таким травмоопасным, менее скандальным и более осмысленным.

В недавних публикациях под общим названием «Как поссорился Александр Юрьевич с Борисом Альбертовичем» мы, естественно, в сатирическом ключе, осветили восшествие последнего на мэрский престол. Весьма скандальное и противоречивое, но, по сути, достаточно успешное действо.

Отдав должное проворству и быстрому самообучению нашего мэра, мы решили на этом не останавливаться. Тем более, что поводов было ещё более чем достаточно, памятуя наш главный посыл: кто забудет своё прошлое — рискует лишиться будущего. Для чего вернёмся в год 2018-й…)

Часть I. СТОЛИЦЕМАНИЯ. ОТ ГРИГОРИЯ ПОТЕМКИНА ДО НАШИХ ДНЕЙ

Какими только столицами и центрами не объявлялся официально (или неофициально) лидерами региона славный в прошлом Екатеринослав-Днепропетровск, а ныне Днепр, названный в конце 90-х израильским послом ещё не первым, но уже и не вторым городом в Украине!

У истоков нашей столицемании вполне заслуженно стоит легендарный князь Григорий Потёмкин. В конце XVIII века Екатеринослав планировался как третья, южная столица Российской державы, экономический, административный и культурный центр Южной России. А неофициально назывался Афинами на Днепре.

Надежды так и не реализовались в связи со смертью императрицы. Но ментальный отпечаток на его жителей, интеллектуальную и управленческую элиту эти грандиозные планы наложили несомненно…

Теперь вернёмся в период независимости Украины, который ознаменовался многочисленными рецидивами этой дивной болезни.

Началось всё вполне заслуженно с высокого звания кадровой столицы периода президентства Кучмы. Здесь, по сложившейся традиции, формировались и отсюда мобилизовывались кадры для Киева (как, впрочем, и для Москвы позднего СССР).

Не менее заслуженно в тот период Днепропетровску было присвоено звание ракетно-космической столицы, которой гордилась вся Украина. Сегодня от него осталось лишь бередящее душу воспоминание прошлых достижений и славы да дышащее на ладан производство Южмаша.

В более поздние времена наш город номинировался на звания металлургического центра (Владимир Яцуба), деловой и финансовой (Юрий Ехануров), еврейской (Игорь Коломойский) и по-совместительству рейдерской (И. Коломойский, Геннадий Корбан) столиц Украины.

А ещё днепропетровцы по праву называли родной город столицей фонтанов — пламенная страсть бывшего мэра Ивана Куличенко по-прозвищу Фонтаныч.

Здесь же в период правления команды проФФесиАналов дважды не сидевшего профессора рождались грандиозные планы о превращении Днепропетровщины в туристический центр Украины (Евгений Удод).

Скандально прославился наш город и инициативой Александра Вилкула о превращении Днепропетровска в «самый безопасный город Украины», пока местные террористы не взорвали на центральном проспекте одновременно несколько самодельных бомб с жертвами и требованием выкупа.

Ещё более скандальной стала инициатива того же Александра Вилкула превратить Днепропетровщину в испытательный полигон реформы системы здравоохранения по Януковичу-Богатыревой, которая какими бы словами и аргументами ни рекламировали её авторы, была затеяна только с одной целью — сократить госрасходы на отрасль и нажиться на высвобождаемой недвижимости.

Её результатом стал развал системы здравоохранения в регионе, резкое повышение в нём смертности и, в конечном счёте, уголовное дело по обвинению в злоупотреблении служебным положением главной реформаторши — зав облздравотделом Валентины Гинзбург.

Кстати, на суде она отделалась легким испугом, так как дело было закрыто в связи с тем, что якобы отсутствовал материальный ущерб.

После этих двух суперскандалов зуд столицемании, казалось бы, поутих. Но не на долго.

С приходом к власти Бориса Филатова в жестокой борьбе с Вилкулом за мэрское кресло в 2014 году началось очередное, не менее бурное обострение хронической столицемании с песни… «Детка, это Днепр». Под её аккомпанемент будущий хозяин Днепра шел на выборы мэра. В этом предвыборном шлягере, названном неофициальным гимном Днепропетровска, наш город вообщем-то, не без оснований, объявлен «скорой помощью для всей страны в непростые времена,.. который (якобы?!) бродил по пустыне 23 года и, наконец, выдавил из себя раба».

Смелое, мягко выражаясь, заявление, которое ознаменовалось номинацией Днепропетровска очередной столицей. На этот раз, спортивной… под грохот разваливающегося из-за организационно-финансовых проблем любимого днепровцами, отметившего своё столетие футбольного клуба «Днепр», который из лидеров высшей лиги катапультировался в низшую — вторую лигу футбольного чемпионата.

Скоропостижно и с позором «проглотив» свой первый «столичный» блин комом, Борис Альбертович с не меньшим апломбом (помните «Детку…»: «…А у нас всё класс!!!») заменил его не менее амбициозным пиар-приплодом, объявив Днепр «культурной столицей» Украины под бесконечные маты у себя на странице в Фейсбуке и на сессиях в горсовете.

Эта столицемания, как помнят читатели, заканчивалась в последние четверть века реформаторскими потугами, которые, в конечном счёте, под обломками очередных исторических пиар-перестроек хоронили подвергнутые им отрасли городского хозяйства (кадровый потенциал, ракетно-космическую отрасль, металлургия, здравоохранение и прочая, прочая…)

Вот и ныне наш некогда славный областной центр под водительством команды «профессионалов» имени Филатова приступил к практической реализации «остоличивания». На этот раз городской культуры путём реформы 22 действующих школ эстетического воспитания.

И опять же, просто с патологической последовательностью садистским умерщвлением избранной им для реформаторских экспериментов отрасли.

Ныне даже невооруженным глазом в уже принятых «реформаторских» решениях и спущенных на низы админуказаниях четко прослеживаются знакомые нам по ряду предыдущих самоубийственных перестроек цели — создание новых очагов коррупции и сокращение бюджетных расходов даже ценой гибели действующей системы эстетического воспитания.

А теперь отвечу, почему так остро и бескомпромиссно, говоря о затеянной гуманитарным департаментом мэрии реформе, оценивает происходящее в отрасли автор.

Любая реформа — это, прежде всего, оценка возможностей её проведения, на их основе правильная постановка задачи, затем разработка эффективной стратегии её достижения, а уж потом формируется программа действий и конкретные тактические решения по достижению поставленной задачи.

В нашем же случае, нет ни оценки возможностей, ни постановки задач, ни разработанных стратегии и программы действий, зато есть крайне возмутившие общественность проталкиваемые административным путём решения. То, что называют телегой, запряженной впереди лошади. И кто-то ещё надеется сдвинуть её таким образом с места?! Это, во-первых!

Во-вторых, как следует из выше отмеченного, заинтересованная общественность не была привлечена к обсуждению проблем отрасли, выработке программы преобразований в столь тонкой и индивидуальной сфере эстетического воспитания, крайне сложно поддающейся тупому администрированию.

В свою очередь, как свидетельствует исторический опыт проведения реформ, даже назревшие и системные преобразования (что в нашем случае, отнюдь не очевидно!), если не поняты и не поддержаны обществом, чаще всего проваливались или давались очень дорогой ценой, зачастую приводя к смуте или гражданскому неповиновению.

Отсюда вытекает в-третьих. Любые реформы, особенно в такой тонкой сфере, следует начинать с коммуникации с общественностью, привлечения её к разработке и обсуждению эффективной программы решения назревших задач. То есть, из противников и критиков формировать пропагандистов и проводников этих реформ. Чего по определению сделано не было, пока возмущение действиями власти не приобрело массовый характер и больно не ударило по имиджу городского совета и лично мэра.

Таковы причины бурной реакции общества на действия власти, нарастание к ней недоверия. В результате, днепровцы всё меньше видят в мэрии систему обслуживания интересов общества, подконтрольную ему и ответственную перед ним.

Этому способствует не отлаженный режим постоянного диалога между мэрией и громадой, если не считать весьма специфического ведения своей страницы в Фейсбуке Борисом Филатовым с матами и отправлением в бан пытающихся возражать мэру оппонентов.

Нужно ли повторять, что исполнительная власть в Днепре остается «непрозрачной» для контроля со стороны формирующегося гражданского общества, для общественных инициатив.

Далее игнорировать нарастающие противоречия между мэрией и громадой для городской власти становится опасно. Гражданское общество просыпается. О чём и сигнализирует резкий всплеск общественного возмущения вокруг так называемой реформы днепровских школ эстетического воспитания, незаконных платёжных экспериментов и «оптимизации» коммунальных предприятий Днепра.

Не хочу

Это общий вывод. В следующей части обратимся к непосредственному анализу сложившейся здесь ситуации.

(Окончание следует).

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *